Зарубки на память

Смешной ребенок научился говорить "au revoir". И всё. Теперь это  "au revoir" к месту и не очень. И совсем не к месту. Гуляем по улице или ходим по магазину, она со всеми подряд прощается. Давеча были на океане и муж зашел в полицейский участок разогреть в микроволновке детскую еду. (Ну вот не нашлось в прибрежном киоске микроволновки. А у полицейских всегда все есть.) Мышонок сразу же полезла с инспекцией по шкафам, нажимать на кнопки, вертеть ручки. Полицейский ей: "Эй, эй, не трогай это, не крути то!" А она ему на всё в ответ:  "Аu revoir!" "Ты сейчас допрощаешься и останешься без своей каши!"

***

Машину любит до безумия, особенно за рулем сидеть. Садится на сиденье и тут же тянет ремень безопасности, чтобы пристегнуться. В папиной машине уже отключила какую-то функцию и он никак не может найти, как включить обратно. 

***

Второй предмет страсти - панамки. Даже по дому ходит в панаме, а иногда и в двух сразу. Научилась одевать и кокетливо сдвигать на бок. И ведь знает, чертовка, что хороша в них необыкновенно.  Научилась из мультиков про кота как щурить глазки и теперь крутит нами как хочет.

***

Как-то совершенно неожиданно научилась быстро залезать по приставной лестнице, пока папа был занят ремонтными делами. Родителям пришлось зарубить на носу: любая лестница, оставленная без присмотра, должна лежать. Иначе маленькая обезьянка полезет наверх.

***

Поливала деревья кусты, перемещая шланги от одного растения к другому. Оглядываюсь. Стоит помощник в труселях с шлангом в руках и деловито помахивает, льет струю воды на куст. Положила шланг в траву. Не журчит. Подняла. Журчит. И так раз дцать. Я пока поливаю из другого шланга. Слышу за спиной "Ооооооо!" на вдохе. Оглядываюсь. Уж не знаю, как она свою руку выкрутила, но льет воду себе на спину, как выпутаться из ситуации - не знает, но шланг бросить жалко. Глаза круглые от холода и изумления... Пришлось спасать юного оросителя... Желание поливать не отбилось.

Или идет с корзинкой в огород за огурцами. Соберем урожай, тащит корзинку обратно. И ведь тяжело и не удобно, а не бросает и не дает помочь.

***

Так жалко порой, что масюня спит отдельно. Только когда идем спать, ложусь рядом; и малек ползает вокруг, укладываясь. Тычется носом то в руку, то в шею. То с разгону в темноте влетает своим явно чугунным лбом мне в губы. Больно. Мне. А ей - хоть бы что. Только радостно лепечет что-то и от большого приступа любви слюнявит мне лицо. Или погладит меня по голове ладошкой. И так минут сорок. Каждый день. Собачки себе место утаптывают перед сном. А Мышонок разглаживает себе простынь ладошкой. Бегает куда-то ногами, иногда и по моей голове. Просит попить раз пять, оттягивая момент отхода ко сну. А потом внезапно затихает. Слышно только тихое дыхание. Полежу еще немножко, наслаждаясь моментом. Поглажу маленькую головушку, поцелую и заставляю себя убираться восвояси. Так хочется остаться и не уходить. 

***

Щипает меня за руку. 

- "Зая, мне больно."

- "Больно", кивает зая и продолжает щипать.

- "Зая, мне очень больно."

- "Больно", опять кивает зая и щипает уже самый краешек кожи.

- "Солнышко, маме ооочень больно".

- "Больно", соглашается зая и начинает щипать ноготками... 

А на днях Мыша ждала ужин, обняла сзади меня за ноги, прижалась и пребольненько укусила своими остренькими зубками. С голодухи, видимо.

***

Учится есть самостоятельно. И в один из вечеров я сказала мужу: "Наконец-то мы начали спокойно ужинать." 

Правда ест пока преимущественно руками. Так быстрее.