Деть и собак. Или собак и деть.

Они в чем-то похожи.

Постирала Мышиную дворовую куртку, которую Бим любезно облобызал со всех сторон грязной мокрой мордой. 

Пошли гулять. На пять минуточек в поле. Одела ей парадно-выгребную куртку, розовенькую с карманчиками-зайчиками. И что? Не прошло и пяти минут с момента выхода из дома, как моя прекрасная леди уже лежала в самой грязной луже нашего околотка. Плашмя. 

Помыла с утра машину, набриолинила пластик, начистила кремом кожаные сидения, даже диски засверкали.

Черт меня дернул и я придумала поехать с собакой на речку. 

Удачно доехали до стоянки, прошлись пешком. Купаться, правда, Бим не стал, пузико помочил, чай не месяц май. Да и ладно. Идем к машине, как раз успеет обсохнуть. И когда до машины оставалось метров двадцать, Бим мееедленно, с грациозностью бегемота, плюхнулся в придорожную канаву (она же оросительная система). Дно за зиму заросло илом и тиной... Фу. Полоскала Бима в ближайшей луже, оказавшейся почище канавы. Лапы-то отмыли, а вот морду макать в воду, вопреки обыкновению, он что-то не зажелал. Так и залез в мою чистую машину (тут надо прочувствовать всю глубину моих душевных страданий: машина долго была грязной внутри и снаружи по причине перевозки в ней всякого хлама и вот... стала чистой с вкусными запахами и блестящей кожей) своими нечистыми лапищами и ну возить своей глиняной мордищей по всем подголовникам задних сидений. Поубивала бы.

***

У нас в саду рядышком стоят две качели. "Сидячая" бирюзовая и "лежачая" черная. На бирюзовую качель всегда устремляются люди веселые и энергичные. Сели, посидели, дальше полетели. На лежачую же качель всегда стремятся люди депрессивные. (Я и качель уже стала так называть - депрессивной.) Вползут, залягут и замрут, закатив глаза в небесные выси. Некоторые даже всплакнут о своем. Причем это не зависит ни от пола, ни от возраста.
Мы сами на эту лежанку вползаем если только пива попить после трудодня, разглядывая бороздящие небо самолеты, или когда всем семейством хочется поваляться.
Это так, лирическое отспупление. Должна же я поделиться своими наблюдениями хоть с кем-нибудь.
Лежим с Мышенькой на депрессивной лежанке, качаемся. Только я качнула посильнее, чувствую, бум, встала качель. Бимыч пожаловал, тоже к нам хочет. И пополз. Сначала голову мне положил на ступни. Потом штопором начал потихоньку к коленям. Замер. Вроде не ругают. Еще пара волнообразных движений и его голова у меня на животе. Еще чуть-чуть... Положил мне голову на плечо и замер, не шелохнется, даже глаза зажмурил. Только сопит от удовольствия. Тяжелый совсем стал. Спихнула его с ног, он свалился и Мыше ногу прижал, замял ей цветы. Та запищала и пошла собирать новый букетик за дом, на дальнюю поляну (где мама не видит).
Бим рядом замер, голова все так же у меня на плече. А по тонким телесным вибрациям чувствую, неспокойно ему. Как же, Мышенька одна, вне поля зрения. Не видно, не слышно ее. Но на качалке так хорошо, ну когда он еще так чудесно полежит, да чтобы его обнимали и в лоб целовали?
"Иди уже, говорю, посмотри, что она там делает".
Голову поднял. Прожигает взглядом пространство. Глаза вот-вот сорвутся с места и побегут смотреть, что там с Мышенькой. А ведь так хорошо лежится...
"Да иди уже, посмотри".
 Лежит. А на морде прямо написано, как его раздирают внутренние противоречия. То ли бежать, то ли остаться. Мышь там без присмотра. А хозяйка здесь, под боком, когда еще так...
" Ну пойдем вместе, посмотрим, где она".
Аж вздох облегчения. Первым сорвался с места и понесся за дом.

***

Мышенька вернулась с прогулки.
- Нагулялась?
- Еще не совсем.
- Но Бимку-то потискала?
- Это он меня потискал.

***

Смотрю в окно. Бим лежит на крыльце. Попа на верхней площадке, морда через одну ступеньку свисает вниз. Букашек, резвящихся на ступеньках, разглядывает.

Интересно мне стало: перевесит ли морда? Стою, жду.

Бим поерзал от скуки. Морда немного сползла вниз. Потом еще поерзал. Я уже замерла в предвкушении.

Вот уже морда через две ступеньки от попы... Стою, жду развязки.
Поеееехал, родимый, вниз, как мешок с картошкой. Нет, как большая надувная лодка, слегка подпрыгивая и вздрагивая на ступенях своими круглыми бортами.

***

Мышь решила, что Бим - отличная полноразмерная лошадь. Бим, кстати, опять вспомнил, что он любимый конь товарища Буденого и опять пытается катать меня по двору.

Залезла на него, пока он лежал, и кричит ему что-то вроде "беги мой конь во весь опор". Ну конь и вскочил на лапы. Мышу подбросило вверх как на трамплине. Приземлилась на землю с очень изумленным лицом. А конь ускакал в прерии.

***

Наконец-то настало тепло и сухо, и я вычесала пса. Очень меховой товарищ. Ему бы сидеть и млеть, что две девочки с двух сторон его чешут, так нет же, вертелся как юла. В общем, неохваченными остался хвост и то самое грязное пузцо. Но это уже будет ждать до первой головомойки.

Клещи, кстати, уже проснулись и ходят, клацают голодными зубами. 

***

Я тут поняла, что Бим у нас  - экстраверт. По породе ему бы надо быть интровертом. Сидеть уединенно на крыльце и задумчиво смотреть на пролетающие облака (и флегматик он должен быть, как я полагаю). Так нет же. У нас не просто собака. У нас собака-праздник. 

Я от него стала прятать руки, пока идем до ворот. Так он или весело покусывает меня за рукав, или забегает вперед и летит в прыжке мне в лицо, поцеловаться. На днях так у него удачно подпрыгнулось, что я чуть не получила перелом носа от его огромного радостного шнобеля. Бегаю кругами по саду, жалобно поскуливая, руками нос свой пострадавший ощупываю. А этот дурашка решил, что мне тоже ой как весело  стало, обхохочешься. Вот только руки мои заняты, лицо закрыто. И любя куснул меня за попу.

А еще у меня ребенок-праздник. И муж-праздник. То есть вокруг меня одни энергичные экстраверты. Одна я среди них интраверт-потеряшка. Мучаются, наверно.

***

Удивительно, как при своей большой серьезной и даже местами суровой морде он умудряется сделать маленькую мимими-головушку с влюбленными глазами.